Миоцитокины: иммуномодулирующие и метаболические эффекты

Сас Евгений Иванович — д. м. н., профессор научно-клинического и образовательного центра гастроэнтерологии и гепатологии ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет», 199034, г. Санкт-Петербург, Университетская наб., д. 7–9. ORCID: 0000-0002-8445-8363. E-mail: doctorsas@rambler.ru

Гриневич Владимир Борисович — д. м. н., заведующий 2-й кафедрой терапии усовершенствования врачей ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет», 194175, г. Санкт-Петербург, ул. Ак. Лебедева, д. 6. ORCID: 0000-0002-1095-8787. E-mail: grinevich_vb@mail.ru

Кравчук Юрий Алексеевич — д. м. н., профессор 2-й кафедры терапии усовершенствования врачей ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет», 194175, г. Санкт-Петербург, ул. Ак. Лебедева, д. 6. ORCID: 0000-0001-8347-0531. E-mail: kravchuk2003@mail.ru

Макиенко Валентина Вадимовна — к. м. н., доцент 2-й кафедры терапии усовершенствования врачей ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет», 194175, г. Санкт-Петербург, ул. Ак. Лебедева, д. 6. E-mail psihosoma@mail.ru

Коржева Мария Дмитриевна — преподаватель 2-й кафедры терапии усовершенствования врачей ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет», 194175, г. Санкт-Петербург, ул. Ак. Лебедева, д. 6. E-mail: korzheva_m@mail.ru

Цель обзора: представить нефармакологические подходы к терапии метаболического синдрома, основываясь на базовых физиологических процессах, в том числе на биологической роли скелетных мышц.

Основные положения: в последние годы установлено, что хроническое системное воспаление лежит в основе многих, если не всех типично «западных заболеваний», связанных с метаболическим синдромом. Отсутствие физической активности вызывает усиление хронической системной воспалительной реакции.

Заключение: хотя представление о том, что повышенная физическая активность улучшит состояние здоровья в современном мире, широко распространено, сейчас представлены доказательства того, что увеличение физической активности обладает также противовоспалительным эффектом

Е.И. Сас 1, В.Б. Гриневич 2, Ю.А. Кравчук 2, В.В. Макиенко2, М.Д. Коржева2

1ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет»

2ФГБВОУ ВО «Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова» Министерства обороны Российской Федерации, г. Санкт-Петербург

Хроническая системная слабовыраженная воспалительная реакция (low-grade inflammation) (ХССВР) как базовый патологический процесс лежит в основе заболеваемости, инвалидизации смертности от 35 до 52 миллионов человек во всем мире [1, 2]. Большинство заболеваний, от которых страдают в современном обществе, встречались редко еще около 200 лет назад, тем не менее, сегодня лечебная тактика в отношении них требует коррекции, и вмешательств, направленных на истинную причину заболеваний [3, 4, 5].

Одним из основных факторов риска развития ХССВР является диссонанс между частым и обильным приемом пищи и низкой физической нагрузкой. Постпрандиальное воспаление усиливается с увеличением объема и частоты приема пищи и употреблением нездоровой пищи, и эти факторы способствуют развитию метаболических нарушений [6]. Снижение физической нагрузки также способствует прогрессии ХССВР.

Важным регуляторным полифункциональным белком из семейства трансферринов, влияющим на ХССВР, является лактоферрин. У взрослых людей он вырабатывается во время и после физических упражнений независимо от пола, возраста и гендерных различий [7]. У младенцев лактоферрин поступает с грудным молоком, потребляемым новорожденными от 6 до 7 раз в день. Лактоферрин, вероятно, является наиболее распространенным иммунологически активным компонентом грудного молока, концентрация которого достигает 8 мг/г в молозиве и от 1,5 до 4 мг/г в зрелом молоке [8]. Новорожденный на грудном вскармливании, потребляющий ежедневно 600 мл грудного молока, может получать до 2,4 г лактоферрина в день, что, вероятно, более чем достаточно для защиты от инфекции, одновременно подавляя постпрандиальную воспалительную активность адипоцитов и иммунной системы.

Энергетические потребности лимфоцитов и лейкоцитов резко возрастают при активации ХССВР [3, 5], и все активированные иммунные клетки экспрессируют переносчики глюкозы GLUT1 [9, 10]. Неудивительно, что некоторые иммунологические сигналы и стимулы, ассоциированные с бактериальными токсинами, включая липополисахарид (LPS), могут способствовать экспрессии GLUT1, приводя к увеличению инсулин-независимого транспорта глюкозы во все иммунные клетки, что стимулирует миграцию иммунных клеток и воспаление [11, 12]. Таким образом, более высокая экспрессия GLUT1 способствует выделению энергии иммунной системе, что можно рассматривать как «реакцию потребности в энергии», мобилизуя запасы топлива и подавляя потребность в ресурсах других органов/систем с общей целью предпочтительного выделения энергии активированным иммунным клеткам [13]. Выделение глюкозы иммунной системе поддерживает ее функцию даже при «энергетическом голоде» [14].

Метаболические механизмы и иммунный контроль развивались одновременно, возможно, потому, что оба процесса взаимосвязаны и необходимы для выживания [15]. Интеграция метаболизма и иммунологии сохраняется и у человека: лимфатические узлы встроены в перинодальную жировую ткань, что позволяет осуществлять быстрое воздействие иммунной системы на метаболизм. У человека жировая ткань хорошо инфильтрирована макрофагами, а продукция воспалительных цитокинов как адипоцитами, так и макрофагами способствует системному воспалению [16].

Длительная активация иммунной системы, наблюдаемая у людей с хроническими воспалительными состояниями, способствует постоянной доставке глюкозы в иммунную систему за счет иммуноконтролируемого подавления транспортеров GLUT4 на уровне мышечной и жировой ткани [17 – 19].

Мышца – это «забытый» орган иммунной системы. Действительно, физическая активность изменяет фенотип иммунной функции с провоспалительной на противовоспалительную, сохраняя при этом защиту от возможных летальных патогенов. Так, распространенность аутоиммунных заболеваний заметно выше у людей, ведущих малоподвижный образ жизни [20], по сравнению с регулярно занимающимися физической активностью.

Упражнения обладают мощным иммунным эффектом. Даже неинтенсивные упражнения при регулярном выполнении способствуют улучшению здоровья и увеличению продолжительности жизни [21]. Регулярные упражнения также вызывают экспрессию противовоспалительных молекул, таких как лактоферрин и лизоцим, которые обеспечивают защиту от большинства патогенов, включая бактерии, вирусы и другие микробы [22]. Сорокапятиминутный бег значительно увеличивает выработку лизоцима и лактоферрина в слюне, независимо от пола и возраста [7]. Концентрация лактоферрина в сыворотке крови также увеличивается сразу после интенсивных упражнений, и может играть антибактериальную роль в защите хозяина на этапе до мобилизации нейтрофилов в циркулирующий пул, тем самым ослабляя потребность в возможной воспалительной реакции с высокой потребностью в энергии [23, 24]. Лица, ведущие малоподвижный образ жизни, люди с ожирением и пациенты с сахарным диабетом 2 типа имеют более низкие уровни лактоферрина [25, 26], а также демонстрируют более высокие показатели ХССВР [10].

Подобно тому, как постпрандиальное воспаление чаще встречается у людей, ведущих малоподвижный образ жизни или страдающих ожирением, данные феномен также наблюдается после употребления пищи с высоким содержанием жира, состоящей из рафинированных углеводов или содержащей сахар, фруктозу, линолевую кислоту или другие высококалорийные питательные вещества.

Интересно, что физические упражнения перед приемом пищи заметно снижают постпрандиальную воспалительную реакцию [27]. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что этот эффект может быть результатом мышечного сокращения, индуцирующего противовоспалительные миоцитокины (т. е. миокины), включая интерлейкины (ИЛ)-6, ИЛ-15 и ИЛ-8, которые впоследствии стимулируют выработку и высвобождение противовоспалительных молекул, таких как лизоцим и лактоферрин иммунной системой [24, 28]. Ранее упомянутые противовоспалительные миокины увеличиваются до 100 раз во время упражнений [29] и, таким образом, отвечают за выработку противовоспалительных молекул, таких как лактоферрин, во время и после физической активности [30]. Повышенные концентрации лактоферрина в сыворотке крови были зарегистрированы через 30 минут после интенсивного бега и связаны с повышенной антибактериальной активностью сыворотки в отношении жизнеспособных Micrococcus luteus [31]. Кроме того, более высокие уровни лактоферрина в сыворотке крови также наблюдались через два часа после субмаксимальной езды на велосипеде с последующим эксцентрическим упражнением с отягощениями [32]. Увеличение лактоферрина, по-видимому, связано с интенсивными упражнениями и эксцентрическими сокращениями, и опосредовано выработкой противовоспалительных миокинов [33]. По-видимому, существует прямая связь между истощением гликогена и продукцией мышечного ИЛ-6, который, несмотря на его воспалительную активность, также демонстрирует противовоспалительные и метаболические сенсорные и регулирующие свойства при экспрессии в виде мышечного миокина [33]. Лактоферрин стимулирует экспрессию белка STAMP-2 в адипоцитах [34]. STAMP-2 снижает выраженность воспалительных реакций и резистентность к инсулину. Когда STAMP-2 активируется, продукция провоспалительных цитокинов ингибируется за счет подавления ядерного фактора каппа ß (NFk ß), ключевого фактора транскрипции для активации генов, ответственных за продукцию провоспалительных цитокинов и ферментов, таких как ИЛ-1-бета, TNF-альфа, COX2 и LOX5 [35]. Дефицит STAMP-2 может привести к ряду заболеваний, включая атеросклероз, метаболический синдром и диабет [36]. NFkß способствует развитию резистентности к инсулину, а STAMP-2 восстанавливает чувствительность к инсулину путем ингибирования NFkß [37]. Все члены семейства STAMP обладают восстановительной активностью как по железу, так и по меди, что указывает на то, что STAMP-2 может регулировать поступление железа или меди в клетки [38]. STAMP-2 требует железа или меди в качестве кофакторов, что позволяет предположить, что STAMP-2 необходим для поддержания метаболического гомеостаза. STAMP-2 дополнительно защищает от атеросклероза и стабилизирует бляшки у мышей с диабетом [39]. Снижение активности STAMP-2 и подобных белков создает узкое место в передаче сигналов, что будет способствовать развитию резистентности к инсулину [37, 39]. Лактоферрин является белком, несущим «железо», что может объяснить его активирующую функцию на STAMP-2 [40].

Принимая во внимание все эти факторы, представляется вероятным, что препрандиальные (до приема пищи) упражнения индуцируют выработку противовоспалительных миокинов и что эти миокины стимулируют нейтрофилы к выработке лактоферрина [40]. Высвобождение лактоферрина в кровоток активирует висцеральные адипоциты, которые впоследствии реагируют повышенной экспрессией STAMP-2 [34]. STAMP-2, в свою очередь, ингибирует активацию NFkB и янус-киназы (JNK) и предотвращает прогрессирование инсулинорезистентности.

Другой интригующий эффект произвольных упражнений связан с их способностью превращать дофамин в кодеин и морфин, хотя и в небольших количествах [41]. Кодеин и морфин известны своим обезболивающим действием, но гораздо меньше известно об их влиянии на иммунную систему. Эндогенный кодеин и морфин индуцируют конститутивную синтетазу оксида азота (cNOS) в иммунных клетках. Образующийся NO ингибирует выработку митохондриальной энергии (АТФ) в лейкоцитах и тем самым снижает иммунную воспалительную активность [42]. Регулярные упражнения также стимулируют продукцию иммунорегуляторного цитокина ИЛ-10, который может дополнительно вызывать противовоспалительные эффекты [43, 44].

Совместная продукция лактоферрина, противовоспалительных миокинов и ИЛ-10, а также триады дофамин/морфин/NO посредством мотивированных регулярных упражнений дает патофизиологическое обоснование того, что регулярная физическая активность приводит иммунную систему к противовоспалительному фенотипу, подавляя ХССВР.

Клинические наблюдения за пациентами, страдающими различными заболеваниями центральной нервной системы, подтверждают мнение о том, что физическая активность защищает от провоспалительной активности. Пациенты с нейровоспалительными заболеваниями, такими как боковой амиотрофический склероз, положительно реагируют на физические упражнения [44], вероятно, за счет подавления иммунного ответа, направленного против ткани головного мозга. У пациентов с болезнью Паркинсона, которые занимаются «принудительными» физическими упражнениями, наблюдается значительное улучшение типичной симптоматики и меньшее прогрессирование заболевания [45]. Эти нейродегенеративные и многие другие заболевания, по-видимому, связаны с нарушением энергетического обмена в головном мозге на фоне ХССВР, а также с распределением энергии между центральной нервной системой и периферическими органами [46].

Следует отметить, что ряд работ показывает, что интенсивные физические упражнения вызывают подавление иммунитета, что может привести к повышенной восприимчивости к инфекциям, хотя недавние клинические исследования отмечают, что иммунная система реактивируется при высокой нагрузке патогенами у людей, занимающихся тяжелыми физическими упражнениями [47].

Выводы

Поскольку регулярная физическая активность снижает выраженность провоспалительной активности врожденной иммунной системы, можно рассматривать скелетные мышцы как часть иммунной системы. Эти данные позволяют по-новому посмотреть на нефармакологические подходы к терапии метаболического синдрома, основываясь на базовых физиологических процессах, в том числе на биологической роли скелетных мышц. Это дает убедительное обоснование для изучения скелетных мышц в качестве основной терапевтической мишени при метаболическом синдроме.

  1. Aida Budreviciute, Samar Damiati, Dana Sabir G. O. et al., “Management and Prevention Strategies for Non-communicable Diseases (NCDs) and Their Risk Factors,” Front. Public Health, 26 November 2020. https://doi.org/10.3389/fpubh.2020.574111
  2. David Furman, Judith Campisi, Eric Verdin Chronic inflammation in the etiology of disease across the life span Nature medicine VOL 25. 2019. P. 1822–1832//doi.org/10.1038/s41591-019-0675-0.
  3. Rainer H. Straub and Carsten Schradin Chronic inflammatory systemic diseases An evolutionary trade-off between acutely beneficial but chronically harmful programs. Evolution, Medicine, and Public Health. 2016. P. 37–51 doi:10.1093/emph/eow001.
  4. Kenia M. B. Carvalho, Débora B. Ronca Does the Mediterranean Diet Protect against Stress-Induced Inflammatory Activation in European Adolescents? The HELENA Study. Nutrients 2018, 10, 1770; doi:10.3390/nu10111770
  5. Hubert Stangl, Anita Krammetsvogl, Martin Lesiak, Christine Wolff & Rainer H. Straub MHc/class‐ii‐positive cells inhibit corticosterone of adrenal gland cells in experimental arthritis: a role for IL‐1β, IL‐18, and the inflammasome. Scientific RepoRtS. (2020) 10:17071/ https://doi.org/10.1038/s41598-020-74309-0.
  6. Alex R. De Casien, Robert A. Barton, James P. Higham Understanding the human brain: insights from comparative biology. Trends in cognitive sciences. 26, ISSUE 5, P.432-445, 2022 DOI:https://doi.org/10.1016/j.tics.2022.02.003.
  7. Helen G. Hanstock, Jason P. Edwards and Neil P. Walsh Tear Lactoferrin and Lysozyme as Clinically Relevant Biomarkers of Mucosal Immune Competence Front. Immunol., 2019. P. 103-109. https://doi.org/10.3389/fimmu.2019.01178.
  8. Hanstock HG, Walsh NP, Edwards JP, Fortes MB, Cosby SL, Nugent A, et al. Tear fluid SIgA as a noninvasive biomarker of mucosal immunity and common cold risk. Med Sci Sport Exerc. 2016. Vol. 48. P. 569–577. doi: 10.1249/MSS.0000000000000801.
  9. Fan Yu, Jianlin Li, Hongxia Li Effects of glucose on biochemical immune responses and hepatic gene expression in common carp, Cyprinus carpio L. Biotechnology & Biotechnological Equipment. Vol. 32, 2018 - Issue 6. doi.org/10.1080/13102818.2018.1534554.
  10. Yazan Alwarawrah, Kaitlin Kiernan and Nancie J. MacIver Changes in Nutritional Status Impact Immune Cell Metabolism and Function Front. Immunol., 2018. P. 37–51 doi.org/10.3389/fimmu.2018.01055.
  11. David O'Sullivan The metabolic spectrum of memory T cells Journal of the Australian and New Zealand Society for Immunology Vol. 97, Issue7 2019. P. 636-646. https://doi.org/10.1111/imcb.12274
  12. Jin Fang Shui-Hong Zhou Jun Fan Sen-Xiang Yan Roles of glucose transporter-1 and the phosphatidylinositol 3‑kinase/protein kinase B pathway in cancer radioresistance. 2015. Vol. 11 Issue 3. P. 1573-1581 doi.org/10.3892/mmr.2014.2888.
  13. Hadamitzky et al. PAVLOVIAN CONDITIONING OF IMMUNOLOGICAL AND NEUROENDOCRINE FUNCTIONS 2020, Physiol Rev 100. P. 357–405 doi.org/10.1152/physrev.00033.2018.
  14. Nancy P.Duarte-Delgado Metabolites and metabolic pathways associated with rheumatoid arthritis and systemic lupus erythematosus Journal of Translational Autoimmunity Vol. 5, 2022, 100150 doi.org/10.1016/j.jtauto.2022.100150.
  15. Fitore Raka, Sarah Farr, Jacalyn Kelly, Alexandra Stoianov, and Khosrow Adeli Metabolic control via nutrient-sensing mechanisms: role of taste receptors and the gut-brain neuroendocrine axis American Journal of Physiology-Endocrinology and Metabolism Vol. 317, No. 4. P. 345-365. doi.org/10.1152/ajpendo.00036.2019.
  16. Qi Chen, Xi Liang, Tianzhou Wu, Jing Jiang Integrative analysis of metabolomics and proteomics reveals amino acid metabolism disorder in sepsis. Journal of Translational Medicine. 2022, Vol. 20, P. 123-137. doi.org/10.1186/s12967-022-03320-y
  17. Ning O.Zhao Blood-brain barrier dysfunction in bipolar disorder: Molecular mechanisms and clinical implications. Brain, Behavior, & Immunity – Health 2022, Vol. 21, 100441 doi.org/10.1016/j.bbih.2022.100441.
  18. Yin J, Feng W, Yuan H, Yuan J Association analysis of polymorphisms in STARD6 and near ECHDC3 in Alzheimer’s disease patients carrying the APOE ε4 Allele. 2019 Vol.15 P. 213—218 doi.org/10.2147/NDT.S186705.
  19. Tamara E. Lacourt, Elisabeth G. Vichaya The High Costs of Low-Grade Inflammation: Persistent Fatigue as a Consequence of Reduced Cellular-Energy Availability and Non-adaptive Energy Expenditure. Front. Behav. Neurosci., 2018. Vol. 12. P. 78-125. doi.org/10.3389/fnbeh.2018.00078.
  20. Ana Maria Lottenberg Chapter 24 - Influence of Diet on Endothelial Dysfunction. Endothelium and Cardiovascular Diseases. Vascular Biology and Clinical Syndromes. 2018, P. 341-362. doi.org/10.1016/B978-0-12-812348-5.00024-6.
  21. Haomiao Jia Associations of Smoking, Physical Inactivity, Heavy Drinking, and Obesity with Quality-Adjusted Life Expectancy among US Adults with Depression. Value in Health. 2018, Vol. 21, Issue 3, P. 364-371. doi.org/10.1016/j.jval.2017.08.002.
  22. Tomoya Kitakaze Meiku Oshimo Lactoferrin promotes murine C2C12 myoblast proliferation and differentiation and myotube hypertrophy. Molecular Medicine Reports. 2018. Vol. 17 Issue 4 P. 5912-5920. doi.org/10.3892/mmr.2018.8603.
  23. Sheila Estruel-Amades, Mariona Camps-Bossacoma, Alterations in the innate immune system due to exhausting exercise in intensively trained rats. Scientific Reports. 2020. Vol. 10, P. 967-984. doi.org/10.1038/s41598-020-57783-4.
  24. David C.Niemana Laurel M.Wentzb The compelling link between physical activity and the body's defense system. Journal of Sport and Health Science. 2019, Vol. 8, Issue 3, P. 201-217. doi.org/10.1016/j.jshs.2018.09.009.
  25. J Małgorzata Jamka, Patrycja Krzyżanowska-Jankowska No Difference in Lactoferrin Levels between Metabolically Healthy and Unhealthy Obese Nutrients 2019, Vol. 11(9), P. 1971-989. doi.org/10.3390/nu11091976.
  26. Irfa Anwar, Farheen Badrealam Khan Camel Milk Targeting Insulin Receptor—Toward Understanding the Antidiabetic Effects of Camel Milk Front. Nutr., 2022 doi.org/10.3389/fnut.2021.819278.
  27. Teeman et al. The effect of moderate intensity exercise in the postprandial period on the inflammatory response to a high-fat meal: an experimental study. Nutrition Journal. 2016. P. 15-24 DOI 10.1186/s12937-016-0134-4.
  28. Mai Charlotte Krogh Severinsen, Bente Klarlund Pedersen Muscle–Organ Crosstalk: The Emerging Roles of Myokines Endocrine Reviews, Vol. 41, Issue 4, 2020, P. 594–609, doi.org/10.1210/endrev/bnaa016.
  29. Luana G. Leal, Magno A. Lopes and Miguel L. Batista Jr. Physical Exercise-Induced Myokines and Muscle-Adipose Tissue Crosstalk: A Review of Current Knowledge and the Implications for Health and Metabolic Diseases Front. Physiol., 2018 doi.org/10.3389/fphys.2018.01307.
  30. Johanna K. Ihalainen, Moritz Schumann, and Antti A. Mero Mucosal immunity and upper respiratory tract symptoms in recreational endurance runners Applied Physiology, Nutrition, and Metabolism. 2016 Vol. 41, № 1 P. 178-193. 2016 doi.org/10.1139/apnm-2015-0242.
  31. David C.Niemana, Laurel M.Wentzb The compelling link between physical activity and the body's defense system Journal of Sport and Health Science. 2019, Vol. 8, Issue 3, P. 201-217. doi.org/10.1016/j.jshs.2018.09.009.
  32. Katsuhiko Suzuki Characterization of Exercise-Induced Cytokine Release, the Impacts on the Body, the Mechanisms and Modulations Int J Sports Exerc Med 2019, Vol. 5, Issue 35. P. 122-135. DOI: 10.23937/2469-5718/1510122.
  33. Marie Lund Bay and Bente Klarlund Pedersen Muscle-Organ Crosstalk: Focus on Immunometabolism. Front. Physiol., 2020 doi.org/10.3389/fphys.2020.567881.
  34. J Jørgen Sikkeland et al. Inflammation and ER stress differentially regulate STAMP2 expression and localization in adipocytes Metabolism. Basic Science. 2019, Vol. 93, P. 75-85. doi.org/10.1016/j.metabol.2019.01.014.
  35. Feng J , Lu S et al. The Role of JNk Signaling Pathway in Obesity-Driven Insulin Resistance. Diabetes, Metabolic Syndrome and Obesity: Targets and Therapy. 2020 Vol. 13 P. 1399—1406. doi.org/10.2147/DMSO.S236127.
  36. Jiexin Zhang et al. Receptor-Interacting Protein Kinase 3 Inhibition Prevents Cadmium-Mediated Macrophage Polarization and Subsequent Atherosclerosis via Maintaining Mitochondrial Homeostasis Front. Cardiovasc. Med., 2021 https://doi.org/10.3389/fcvm.2021.737652.
  37. Anthony Thomas Gerlach et al. Stamping out hypoglycemia in a surgical Intensive Care Unit: A multidisciplinary approach. Int J Acad Med 2016. Vol. 2 Issue 2. P. 154-158 DOI: 10.4103/2455-5568.196866.
  38. Rachel T Scarl et al. STEAP4: its emerging role in metabolism and homeostasis of cellular iron and copper. Journal of Endocrinology. 2017. Vol. 234: Issue 3 P. 123–134 doi.org/10.1530/JOE-16-0594.
  39. Jia Wang et al. Overexpression of STAMP2 suppresses atherosclerosis and stabilizes plaques in diabetic mice. J Cell Mol Med. 2014. Vol. 18(4). P. 735-748. doi: 10.1111/jcmm.12222.
  40. Sylvain Mayeur et al. Lactoferrin, a Pleiotropic Protein in Health and Disease. ANTIOXIDANTS & REDOX SIGNALING 2016 Vol. 10, P. 13-29. DOI: 10.1089/ars.2015.6458.
  41. Brian M. Cox A Concise Review of Concepts in Opioid Pharmacology up to the Discovery of Endogenous Opioids Molecular Pharmacology 2020, Vol. 98 (4) P. 392-400. doi.org/10.1124/mol.120.119420.
  42. Tobias Esch Emerging regulatory roles of opioid peptides, endogenous morphine, and opioid receptor subtypes in immunomodulatory processes: Metabolic, behavioral, and evolutionary perspectives. Immunology Letters 2020. Vol. 227, P. 28-33. doi.org/10.1016/j.imlet.2020.08.007.
  43. Tilman Engel et al. Feasability of An Eccentric Isokinetic Protocol to Induce Trunk Muscle Damage: A Pilot Study. Sports Medicine International 2022; Vol. 6. P. 9–17 DOI 10.1055/a-1757-6724.
  44. Sznajder, Jana et al. Physical activity in patients with amyotrophic lateral sclerosis: Prevalence, patients’ perspectives and relation to the motor performance. NeuroRehabilitation, 2022, P. 1-11, DOI: 10.3233/NRE-210312.
  45. Veeral Desai, et al. Commentary: An interactive videogame for arm and hand exercise in people with Parkinson's disease: A randomized controlled trial. Parkinsonism Relat. Disord. 2017.Vol. 41, P. 66–72. doi: 10.1016/j.parkreldis.2017.05.011.
  46. Alexander Kotrschal , Alberto Corral-Lopez and Niclas Kolm Large brains, short life: selection on brain size impacts intrinsic lifespan. the Royal Society 2019 Vol. 15 Issue 5. P. 14-19. doi.org/10.1098/rsbl.2019.0137.
  47. A. Urban ́ski et al. A possible role of tachykinin-related peptide on an immune system activity of mealworm beetle. Developmental and Comparative Immunology 2021 Vol. 120 P. 104-115. doi.org/10.1016/j.dci.2021.104065

Сас Е.И., Гриневич В.Б., Кравчук Ю.А., Макиенко В.В., Коржева М.Д. Миоцитокины: иммуномодулирующие и метаболические эффекты // Вестник терапевта. 2022. № 1 (52). URL: https://therapyedu.su/statyi/miocitokiny-immunomodulirujushhie-i-metabolicheskie-jeffekty/ (дата обращения: дд.мм.гггг)

Myocytokines: immunomodulatory and metabolic effects

Sas E.I.1, Grinevich V.B.2, Kravchuk Iu. A.2, Makienko V.V.2, Korzheva M.D.2

1St Petersburg University

2S.M. Kirov Military Medical Academy (a Federal Government-funded Military Educational Institution of Higher Education), Russian Federation Ministry of Defense; Russia, St. Petersburg

 

The purpose of the review is to present non-pharmacological approaches to the treatment of metabolic syndrome based on basic physiological processes, including the biological role of skeletal muscles.

Key Points: In recent years, it has become clear that chronic systemic inflammation underlies many, if not all, typically «Western diseases» associated with metabolic syndrome. Lack of physical activity causes an increase in the chronic systemic inflammatory response.

Conclusion: While the notion that increased physical activity will improve health in today's world is widely held, evidence is now available that increased physical activity has an anti-inflammatory effect.

Key words: myocytokines, health, skeletal muscles

Предыдущая статья


Возможности клинического применения урсодезоксихолевой кислоты

В.Г. Радченко1, П.В. Селиверстов2,3, Е.М. Приходько4,5, С.И. Ситкин...

Читать

Следующая статья


Психобиотики: научные перспективы и клиническая практика

Е.И. Сас1, В.Б. Гриневич 2, Ю.А. Кравчук2, М.Д. Коржева2...

Читать

Наверх